понедельник, 27 марта 2017 г.

В России произошло нечто:Слава Рабинович

В России произошло нечто:Слава Рабинович объяснил историческую ценность митингов против «Димона» Митинги против коррупции «Он нам не Димон», которые вчера прошли во многих российских города, – это нечто, что никогда не происходило в постсоветской России. Такое мнение высказал российский финансист Слава Рабинович в комментарии ІnfoResist.

«Я думаю, что Россия не проснулась, это только начало фундаментального сдвига парадигмы, потому что вчера произошло нечто, что никогда не происходило в постсоветской России, а это на самом деле две главные вещи:

1. Никогда раньше не было столь массовых демонстраций по всей России. Конечно, здесь огромная заслуга Навального, который в отличии от одной из старейших политических партий «Яблоко», у которой, между прочим, есть региональные офисы в большинстве регионов страны, «Яблоко» никогда не имело возможность вот таким вот образом поднять людей и вообще иметь какую-либо эффективную деятельность на всей территории Российской Федерации для того, чтобы провести какие-нибудь акции», – сказал он.

Как отметил Рабинович, то, что удалось сделать Навальному в рамках его недавнего начала, его президентской кампании – он начал строить по всей России предвыборные штабы, с очень существенным количеством добровольцев и это то, что отличает его от других политиков России, потому что это нечто похожее на американскую систему, когда все люди в больших городах и малых, деревнях и селах идут волонтерами в какие-то политические организации или партии для того, чтобы поддерживать их деятельность.

«Это созданная практически с нуля и в кратчайшие сроки инфраструктура, она на самом деле была очень эффективна, в том числе и для того, чтобы организовать массовые протесты в более чем 100 городах, это беспрецедентное явление», – подчеркнул финансист. Рабинович считает, что вторая отличающая черта того, что произошло — это огромное количество студентов и даже школьников, и Россия на самом деле никогда не была знаменита своим студенческим протестным движением.

Рабинович считает, что вторая отличающая черта того, что произошло — это огромное количество студентов и даже школьников, и Россия на самом деле никогда не была знаменита своим студенческим протестным движением.

«Революция 90-91 года, когда разваливался Советский Союз, она была на самом деле революцией интеллигентов, революцией профессоров, доцентов, старших и младших научных сотрудников, но никогда не было выступлений студентов, такие как мы помним волны выступлений студентов по всему западному миру, например в 60-70-х годах в Китае в связи с трагическими событиями на площади Тяньаньмэнь. В России этого никогда еще не было. С другой стороны, некие седовласые дяди разводили руками в России и говорили: Боже мой, кого-же мы воспитываем, кого-же мы обучаем, у молодых людей нет никаких целей, ни образования настоящего, и это так ужасно, что новое поколение России, они совершенно без ориентиров, без знаний, неверные и так далее», – сказал он.

«Вдруг мы видим, как эти люди, о которых говорилось, беспрецедентно для России, но очень прецедентно для мировой истории, студенты и даже школьники выходят десятками тысяч, и они на самом деле видят, что каждый из них не одинок, каждый из них не один, и этот протест, я думаю, будет в геометрической прогрессии сейчас расширяться, акция вчера дала огромное количество видео и фото материала, который в эру интернета разносится как полезный вирус», – добавил российский финансист.

Рабинович также отмечает, что они будут видеть, что не одиноки.

«Они также будут расти во всех отношения этого слова, и они будут все более и более ненавидеть этот режим, они больше будут ненавидеть приспешников этого режима в лице ОМОНА и Росгвардии, которая на фотографиях и на видео скручивают их сверстников, скручивают велосипедиста, который привинтил маленький плакатик к своему велосипеду», – говорит он.

«Вот это все, на самом деле, я думаю, приведет к прозрению, и не только к прозрению, а и к активизации в геометрической прогрессии именного этих слоев населения, которые, на самом деле будучи студентами, имеют колоссальную политическую силу следующие пять — десять лет»,– подчеркивает Слава Рабинович.

Это, на самом деле, как считает финансист, и есть будущее России.

«И Путин и его ОПГ, вот эти все Патрушевы, Ивановы даже такие люди как Сурков и какие-то еще персонажи, которые не обязательно такого возраста, как Патрушев, они все равно не догоняют, что такое современные возможности интернета, современные возможности канала на ютюбе и самое главное, современные возможности социальных сетей. Если Патрушев, Путин, Иванов, Шойгу сами никогда не находились в социальных сетях, они не погружались туда, они и не начинали там какое-то время, как говорится, жить, им не дано и не будет дано понять, что это такое», – заявил Рабинович.

Финансист при этом подчеркивает, что современным школьникам и студентам это давно уже известно, понятно и у них совершенно по-другому устроено сознание.

«Я давно говорил, еще три года назад: «никогда не недооценивай силу интернета» и я был прав, и я буду прав, и это уже кардинальным образом изменило весь мир и это изменит Россию. И я думаю, что время перемен сейчас сжимается как пружина, это время сейчас ускоряется очень сильно и точно также ускоряется время путинского режима», – резюмирует Рабинович.



Налог на Свободу

Испытываю такое же чувство, как многие, уехавшие за границу из-за общественной апатии и отсутствия «реакции на реакцию». Сегодня я, впервые с 2014 года, пожалел, что я не на родине.

Наконец что-то живое, незаунывное — и молодое. И не только в Москве. Наоборот, главные события, как мне кажется, произошли в других городах, прежде всего в Питере.

Задержаны сотни людей. Сейчас суды начнут наказывать их большими штрафами. А там, судя по съемке, много совсем молодых ребят, студентов.

Можно ли создать некий общественный кошелек для выплаты этого «налога на свободу»? Если кого-то арестуют — то и для постоянной помощи. Уверен, что многие поучаствовали бы в этой акции солидарности.

Ну а по поводу публикации увлекательного кино про премьер-министра Медведева я думаю вот что.

Никаких общественных разоблачений эта публика, конечно, не боится, но вообще-то боятся они постоянно и боятся очень сильно, так что златые горы им все равно не в радость.

Нынешние российские хозяева жизни очень напоминают мне опричных временщиков эпохи Ивана Грозного. Те тоже бешено мели под себя земли, поместья, терема, крепостных, но знали, что добыча их ненадежна. Такое богатство – оно понарошку, детям его не передашь. Потому что как дали, так и отберут. Либо Смута начнется, Иван Болотников придет, либо, что еще вернее, более ловкие соратники тебя перед батюшкой-царем оговорят, на козе объедут, и сядешь на кол, а всё твое добро достанется другим.

Живет такой «временный миллиардер» во дворце, плавает в хрустальном бассейне, и очень ему страшно. Ох, надолго ли оно всё? Что-то государь на меня вчера косо поглядел – не к лиху ли?

Незавидная судьба.


понедельник, 20 марта 2017 г.

Шредеризация не прошла

Мартин Шульц единогласно избран новым лидером СДПГ, и это отличная новость. "Путинферштейеры" получили у социал-демократов полный отлуп.

Шредеризация не прошла.

В противостоянии российской угрозы человечеству Шульц может стать достойным преемником Меркель. Он понимает необходимость мобилизации Запада для крестового похода против путинской Эрэфии. Он также последовательный сторонник Евросоюза. Так что в Германии все будет нормально.
Даже в случае значительного успеха пропутинских ультраправых на выборах, всегда будет возможность воссоздания "большой коалиции" СДПГ-ХДС.
Во Франции - хуже. Там умеренно-правые гораздо более пропутинские, что, кстати, для Франции традиционно. Социалист Миттеран занимал гораздо более жесткую позицию в отношении СССР, чем его правые предшественники. Еще бы английских лейбористов подтянуть, но у них позиции "путинферштейеров", похоже, сильнее.


Александр Скобов


Орфография и стилистика автора сохранены ©

воскресенье, 19 марта 2017 г.

Эпоха Ельцина

Два основных момента, чётко характеризующие эпоху Ельцина, за их нынешним почти полным исчезновением, остаются актуальными и сегодня — это свобода слова и свобода предпринимательства. При всех серьёзнейших недостатках государственных реформ и общей полуанархическо-полубандитской атмосфере 90-ых, возможность открыто заявлять свои мысли, относительно безопасно митинговать-пикетировать, а также на свой страх и риск заниматься бизнесом, стали для многих людей реальной возможностью окончательно порвать с совковым прошлым, окунуться в атмосферу состязательности идей и практически ощутить на своём опыте то, о чём раньше многие люди лишь мечтали, либо видели нечто подобное исключительно в кинематографе, причём, как правило, западном.

Все эти искромётные передачи, дискуссии, журналистские расследования и баталии на страницах новоиспечённых газет и таблоидов, а также в пёстром и «непричёсанном» телевизионном эфире — они явились лучшим временем для становления отечественной, ныне почти полностью разгромленной, журналистики. В 90-е годы прошлого столетия России, когда пресса была фактически предоставлена самой себе, когда отсутствовала государственная цензура, притом, что начинала образовываться корпоративная, имелась реальная возможность обозначить все спектры политического поля, сформировать среду для обсуждения любых насущных вопросов, а стало быть, получить тот самый необходимый компонент гражданского общества, позволяющий как оперативно доводить информацию до зрителей и слушателей, так и власти — принимать адекватные процессуальные решения.

Молодое предпринимательство, выпущенное в дикое поле рыночных отношений, стало для страны, буквально несколько лет назад жившей по плановым разнарядкам ЦК, своеобразной игрой в русскую рулетку, когда основам ведения бизнеса многим приходилось учиться путём набивания шишек — как себе, так и другим. Вместе с тем, мы вынуждены признать, что редко какой переходный период в развитии любого социума обходился без эксцессов. Этому стали свидетелями все, кто имел какое-либо отношение к сырьевой, промышленной, финансовой, информационной и др. сферам России постсоветского периода.

Бытует мнение, что вышеозначенные свободы ельцинской эпохи стали доступны широким слоям граждан лишь потому, что бывшая партноменклатура, ускоренными темпами перекрасившись в либералов, была занята дележом богатого советского наследства. Проще говоря, мол верхам тогда было не до мелочей вроде «кто что скажет», да и понятие репутации их особо не волновало. Отчасти это так, но тем не менее, окно возможностей для стремительно тогда нарождавшегося «среднего класса», открытое в том числе и в страны Запада, особенно после долгого периода «железного занавеса», не могло не срезультировать в образование целой прослойки людей, которые в основной своей массе сейчас стремятся покинуть путинскую западню (если уже не сделали это), во избежание всё того же, по-советски традиционного, практически сталинского «раскулачивания». О нынешнем состоянии свободы слова в России, я полагаю, говорить и вовсе не требуется.

Резюмируем, при Ельцине:

  1. Рубль стал конвертируемым, товарный дефицит исчез, а с ним - и очереди, этот неизменный атрибут советского образа жизни как лагерно-распределительной системы.

  2. Введение понятия частной собственности в Конституцию РФ.

  3. Произошёл роспуск колхозов/совхозов, началась приватизация земель, в т.ч. с/х назначения.

  4. Впервые за долгое время, Россия из импортёра стала экспортёром зерна.

  5. Были фактически сняты цензурные ограничения, появилась реальная свобода прессы.

  6. Был снят "железный занавес", стало возможным выезжать за границу.

  7. Красно-коричневый путч 1993 г. был подавлен с минимальными потерями, а большинство его участников и руководителей были амнистированы.

  8. Произошло кардинальное изменение имиджа России в Европе и на Западе. Вошли в мировую информационную сеть. Страна была принята в "Большую Восьмёрку".



Алина Витухновская, "Руфабула"


Орфография и стилистика автора сохранены  ©

Уважение. Стратегия протеста.

Попались мне тут у уважаемых людей пара рассуждений на тему, чем хороши разрешенные митинги и прочие прогулки. Грамотные, в общем, с психологической точки зрения рассуждения. Про эффект взаимного заражения, когда блеск в глазах и энергия живого присутствия единомышленников повышает энтузиазм, социальный оптимизм и в целом – мотивацию гражданского действия. В толпе легче бежится свергать самодержавие. Поэтому, чтобы отчубучить бучу, надо обязательно собраться в кучу. Вот как славно собирались мы в конце восьмидесятых свергать ненавистную коммунистическую диктатуру. И как славно свергли.

Другой уважаемый автор продолжает: что, дескать, не беда, что народ за радикальные политические лозунги выходить не склонен. Пусть выходит за локальные и частные – вроде Исаакия или иного отстаивания ущемленного права рядового гражданина. От таких частных требований дорожка ведет к общеполитическим. В смысле, сначала восьмичасовой рабочий день и восстановление на работе руководителей забостовки, ну, а потом постепенно и до социалистической революции доберемся. Такая вот логика. И опять-таки – всё правильно. Бывает и так. Правда, не всегда. Вот на Западе, там народ чуть что не так – сразу на улицы. Но никого при этом не свергает и революций (по крайней мере, в последнее время) никаких не устраивает. Но в целом – да. История рабочего движения в ленинскую пору была примерно такой: от экономических требований к политическим, а от требований – к действиям...

И здесь можно было бы и согласиться. Прекрасные эти дела: прогулки оппозиции, антимедвежьи разные митинги, марши протеста через металлоискатели, всякие сходы и встречи. Можно бы, конечно, и поспорить: в том смысле, что власть не дура, высоко сидит – далеко глядит, и чуть почувствует малейшую опасность, моментально всё это уличное благолепие свернет и засунет откуда достало. Мы не Хранция какая. Но, с другой стороны, может, и не успеет. Может, процесс роста числа гражданских активистов, рождаемых пьянящим воздухом маёвок и прочих свободных собраний, станет неуправляемым, и тогда – только держись... Это мы запрягаем долго. А потом как поедем! Да как не спустим!

Вот такие мысли занимают сегодня штабы протеста. Но что-то мешает отнестись к мыслям этим серьезно. Что? А вот что.

Мы все глядим в наполеоны, ну и дальше – про миллионы двуногих тварей, ну, вы помните. Нет здесь уважения к человеку. Пусть – и к революционеру. Мысли все – как побудить его, революционера стать орудием вождей революции. Как НАМ (вождям) вывести миллионы ИХ (двуногих тварей), чтобы свергнуть ТЕХ (правителей). Вот они (твари) свергнут, передадут власть нам (вождям), а уж мы-то потом всё сделаем как надо.

Тут дело даже не в том, насколько эти надежды обоснованы: свергнут или не свергнут, передадут или не передадут, нам или не нам... Дело в другом – в том, что МЫ ничего без НИХ сделать путного не сможем. Идея отчуждения народа от власти в нашем, 21-м веке не будет работать. При таком отчуждении власть и шире – организация общества – не может быть эффективной. Грубо говоря, отдай сегодня в РФ власть самым распрекрасным людям (каких и не видно вовсе) – ничего хорошего со страной эти люди сделать не смогут. Потому что хорошее с нашей жизнью может сделать только весь народ. И властные полномочия тоже должны быть распределены по всему народу. Естественно, не размазаны ровным слоем, а распределены по-умному, но – по всему народу.

У идеологов протеста здесь полное непонимание. Сковырнуть не главное. Главное – чтобы на месте свергнутого начало расти что-то качественно другое. Что-то здоровое. Что-то хорошее. А этим хорошим не может быть ни власть хороших над разными, ни, тем более, власть разных (один человек – один голос). Нужны другие, новые социальные модели. Модели, центрированные на интересах каждого члена общества. Исходящие из того, что каждый человек – ценность. И поэтому каждого человека уважающие. А не считающими тварью – одной из миллионов. Это другое виденье, другое отношение. Сегодня его нет...

Поэтому и стратегия наша должна быть другой – не пытаться тем или иным образом принудить безмозглую толпу бежать отнимать власть у плохих и отдавать ее хорошим (пусть – и лучшим в мире нам самим). А формировать в "толпе" и из "толпы" новые общественные структуры, которые смогут не только и не столько добыть власть, сколько властью этой с умом распорядиться. Не в смысле поживиться за счет остальных, а в смысле устройства такой организации общества, которая сделает его, общества жизнь лучше, а именно: станет помогать свободному развитию каждым лучшего, что в нем есть, переплавляя при этом худшее, что в нем есть, в лучшее. Как? Об этом нужно говорить отдельно.




Александр Зеличенко


Орфография и стилистика автора сохранены  ©

Новая версия Яшина

Андрей Илларионов: Ответов на важнейшие вопросы по-прежнему нет

Илья Яшин Нет, Алик, ты не прав.

В ту ночь было, мягко говоря, не до хвастовства.

Звонила мне Шорина, когда я выезжал из Артефака (в машине, кстати, со мной было две девушки, которые все слышали, и на место убийства мы приехали вместе). Сказала, что говорила по телефону с Дурицкой, по словам которой в Немцова только что стреляли и он убит. Сказала, что все случилось на Большом мосту. Я рванул на Б. Каменный мост сначала, оттуда на Б. Москворецкий. Там была на тот момент то ли одна, то ли две машины полиции. Я увидел тело Бори на земле. Потом увидел Аню в полицейской машине. Она вышла, я ее обнял. Она плакала, что-то путанно мне сказала. Потом кто-то из оперативников ее увел.

Я постоял в ступоре некоторое время. Потом написал в твиттер. Позвонил Прохорову. Еще кому-то. Потом стало приезжать все больше полицейских машин, начали стягиваться журналисты. Ко мне подошел сотрудник СК, сказал, что хотят меня допросить. Я оставил ему номер телефона. Он меня спросил про угрозы Немцову, я что-то ответил про нодовцев, кажется. Я спросил его про детали убийства – сотрудник ответил, что по предварительным данным стреляли из машины.

Через час примерно ко мне подошла Воробьева, с которой мы давно дружим и которая убедила меня пообщаться с прессой. Я сказал журналистам примерно то, что мне сообщил до этого СКшник. Рассказал, что Немцов последнее время работал над докладом про Украину. Честно говоря, я смутно помню, что говорил. Может, перепутал Шорину с Дурицкой. Может, еще какие-то детали перепутал. Но не потому что хотел похвастаться и поважничать. А потому что ком в горле стоял и потому что в голове был полный бардак.


Но ответов на важнейшие вопросы по-прежнему нет:


  1. В какое время Яшин получил первое сообщение о нападении на Бориса Немцова?

  2. Кому после этого он позвонил? Позвонил ли он по мобильному телефону Немцова, чтобы проверить это сообщение? Если нет, то почему не позвонил?

  3. Почему, узнав, что Дурицкая находится рядом с Немцовым, Яшин не позвонил ей? Если, по его словам, он не понял, на каком мосту произошло нападение на Немцова, то почему не позвонил Дурицкой и не поинтересовался у нее, где именно, на каком мосту, они находятся?

  4. Каким был маршрут Яшина до Большого Москворецкого моста? В каком месте улицы Болотной он запарковал свой автомобиль?

  5. В какое время Яшин оказался на месте преступления на БММ?

Андрей Илларионов


Livejournal  Орфография и стилистика автора сохранены

суббота, 18 марта 2017 г.

Плавный переход из империалистической в гражданскую

Так как Россия, как кот ученный, ходит по кругу, то совершенно непонятно, что ей помешает пережить ещё одну революцию со сладостным уничтожением верхов низами. Как и примазывавшихся к первым. И отмазывающих их. Если (и как только) имперские чудеса в решете закончатся, то почему, собственно говоря, не устроить ещё один раунд экспроприации экспроприаторов с расстрелом несчастных олигархов по темницам?

Если кто-то скажет, что для этого нужно позорное поражение в мировой империалистической войне, плавно переходящей в кровавую гражданскую, то и здесь все возможно для страждущих духом. После начала популистского поворота с брекзитом и Трампом, шансы на Третью мировую резко подскочили, и я опять же не очень понимаю, что этой войне может препятствовать? Накопленная общественная или национальная мудрость? Так ее нету и в этой жизни не будет. То есть кратковременно, как реакция пирке на смертоубийство в массовом масштабе и собственной семье - да, как эстафета - нет. Накопленная агрессия? Так ее хоть отсыпай соседу. Через край, как семечки из стакана, сыпется. Пропущенная большая война? Так ещё не вечер, братцы.

Никаких гарантий, конечно, нет, но и шансов против куда меньше, чем за. Одним из смыслов прошедших в прошлом веке войн был демонтаж остававшихся империй. Тех, что не окончательно (до основанья и затем) выкорчевала первая мировая, добивала в упор вторая. Ведь и нацистская Германия, и сталинский СССР - это попытки реанимировать германскую и русскую империю в эпоху восстания масс. Война же, в свою очередь, была способом уничтожить одну инкарнацию руками другой. Типа инверсия нападения на Польшу. Ну, не было у истории другого инструмента. Сначала Третий рейх, потом Третий Рим. Сначала Третий рейх попытался похоронить Третий Рим, потом Третий Рим похоронил Третий рейх, опосля чего сам шумер-умер. Туда-сюда-обратно - тебе и мне приятно.

Но тот, кому хоть кол на голове теши, имеет вторую жизнь после неполной смерти. Этакий неубиваемый неваляшка-Распутин. Третьему рейху урок оказался достаточным, Третьему Риму все не в коня корм. Путин подражает обоим, и не только поэтому понятно, что третьей мировой и последующей гражданской избежать проблематично. А как ещё похоронить Третий Рим, если он исторически архаичен, а четвёртому не бывать?

Однако империя - не единственная любимая игрушка русского народа. Ему еще нравится каленым железом выжигать на спине местного бомжа кафки мысль о справедливости на люмпен-пролетарский лад. Более того, трудно не согласиться, русский капитализм всем капитализмам маленькая головка. То есть такой пародийный, жадный, жестокий и нелепый как Запад в фильмах с Гойко Митичем, что не вызывать ненависть здесь труднее, чем верблюду протиснуться в ушко и на солнышко.

Поэтому у войны империалистической и гражданский два основания, и оба внушительные. Я знаю, что мне возразят доброхоты: не надо никакой войны, все само сгниет и само развалится в труху, когда история ткнёт пальцем под ребро колоссу на глиняных ногах.

Может, и так. А может, понадобится и ломик с рукояткой, серп с молотом и наковальней, мечи на орала и орала-орала на китайский файрвол. Быть или не быть - не вопрос, как быть с русской империей, засевшей в печенках, это проблема пострашнее Фауста у Гете. И горче "Девушки и смерти". Это только в сказках говорят: двум смертям не бывать. И трём бывать, а вот четвёртой, возможно, не дождаться.




Мнения редакции и авторов могут не совпадать.
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...