Путинская Россия — уже не государство в нормальном понимании этого слова, а мафиозная структура, которая после многих лет построения фашистского режима в собственной стране вышла за пределы России и стала глобальным источником угрозы системе международной безопасности.
В параллельной российской реальности главным событием провозглашены так называемые выборы, на деле являющиеся ритуальной легитимацией давно уже ставшего бессрочным путинского правления. Как я писал уже ранее, если прежде вопрос участия или неучастия в выборах носил сугубо тактический характер, то сегодня любые действия российских граждан, пришедших на избирательные участки, будет де-юре являться признанием этой власти, а де-факто - наделением мафиозного режима мандатом на осуществление преступлений на территории России и за ее пределами.
Портите ли вы бюллетень, голосуете ли за кремлевский кордебалет в лице грудининых или собчак — своим голосом вы фактически поддерживаете путинскую диктатуру и ее преступления, вне зависимости от того, какими намерениями вы при этом руководствуетесь. Мы видим, как при приближении даты «выборов» все большее число людей попадает в электоральную западню, покупаясь на, казалось бы, давно известные трюки с «оппозиционными кандидатами», и происходит это по различным причинам: от стокгольмского синдрома до исторического идиотизма и когнитивного диссонанса.
Говорить о прямых проводниках кремлевской выборной технологии и полезных идиотах, по каким-то своим причинам призывающих россиян к соучастию в преступлении, уже излишне, однако необъяснимые логические противоречия, выходящие из под пера, казалось бы, разумных людей не перестают удивлять: некоторые оппозиционные публицисты сперва признают окончательное превращение путинской России в персоналистскую диктатуру фашистского типа, а уже в следующем абзаце начинают рассуждать о том, насколько полезно было бы наличие хотя бы пяти независимых депутатов в российском «парламенте», обвиняя «радикалов» в подходе «чем хуже, тем лучше». В ход идут известные страшилки про опасность революции, неизбежно ведущей к катастрофе, но при этом молчаливо признается невозможность демонтажа режима мирными конституционными методами.
Для осознания логической несостоятельности такой аргументации не надо быть чемпионом мира по шахматам — любому здравомыслящему человеку очевидно, что все, что помогает путинскому режиму быть более гибким, повышая тем самым его способность к выживанию, ведет к усилению диктатуры и, в конечном итоге, увеличению числа ее жертв. Много лет все эти многоуровневые имитационные структуры, «перезагрузки» и «медведевские оттепели» стояли на пути к реальному противодействию путинскому режиму со стороны Запада. Сейчас, когда под давлением обстоятельств Запад медленно, но неуклонно приходит к осознанию подлинной сущности путинизма, кремлевские политтехнологи лихорадочно ищут способы убедить иностранных лидеров в том, что Россия — нормальное государство, с которым, несмотря на некоторые его «особенности», можно иметь дело. Печально, однако, что многие достойные люди неосознанно закладывают свои репутации в фундамент очередной демократической «потемкинской деревни».
Мнения редакции и авторов могут не совпадать.
